Владислава Котлярского все знают по роли Станислава Карпова из сериала «Глухарь». Сотрудники органов вешают его цитаты в кабинетах так же, как раньше вешали реплики Жеглова. Именно поэтому в июле 2019 года Владислав Котлярский записал видеообращение к сотрудникам ОМОНа и Росгвардии, в котором призывал их не избивать митингующих и служить народу. Владислав давно и активно ведет соцсети: на его аватарке во «ВКонтакте» фото толпы на митинге, а на обложке в фейсбуке — молодой человек, сдерживающий забор от толпы бьющих его дубинками полицейских.

Разговаривал:

Андрей Яковлев

— Какую реакцию вызвало ваше видеообращение к полицейским и ОМОНу?

— У него 700 тысяч просмотров на ютьюбе и много положительных комментариев. Я думаю, это эффект малых дел — по капельке точим большой камень. В личные сообщения мне писали, но я не могу все читать, слишком большой поток. Но видел, что бывшие сотрудники полиции поддерживают. Были, конечно, и негативные отзывы, причем очень агрессивные, злые.

— Вы спонтанно решили выступить с такой речью?

— Я не первый раз хожу на митинги и давно хотел записать обращение. Это продуманный ход, чтобы у человека в голове что-то переключилось. Я же понимаю, что мой герой пользуется уважением у сотрудников полиции. Я, так сказать, веду подрывную деятельность изнутри.

— Как давно вы вообще стали интересоваться политикой?

— Достаточно поздно, раньше вообще не интересовался, больше о профессии думал. Четкого момента не было — потихонечку стал складывать один плюс один. В детстве был аполитичным. Но у меня было врожденное чувство справедливости: если десять человек бьют одного, я вмешиваюсь.


Юрский мне как-то сказал, что Карпов — это великая роль, потому что он точно отражает срез и отпечаток человека из силовых структур


По поводу ситуации с Устиновым я думаю, что все дело в отсутствии нормальной обратной связи. Если бы против судьи Криворучко, который вынес неправосудное решение, возбудили уголовное дело и дали ему реальный срок, то других дел бы потом уже не было. Если бы люди с другой стороны баррикад — а у нас сейчас действительно баррикады — почувствовали уголовную ответственность за свои поступки, то многое бы изменилось. Те же самые росгвардейцы, которые с огоньком лупят людей, успокоились бы. Я думаю, ой-ой-ой как бы все нормализовалось. Но для этого должна быть политическая воля.

Я думаю, сейчас Устинова освободят или смягчат наказание. Кстати, здорово было бы запустить еще один флешмоб — за снятие Криворучко и возбуждение уголовного дела против него. Но не буду к этому призывать. Рано или поздно в стране что-то изменится. И чем дольше пар сдерживается в котле, тем вероятнее взрыв, которого не хочется никому.

Я недавно спорил со своим хорошим другом, актером, и он говорит: «Кто, если не Путин?» Как будто все зацикливается на Путине. Мне кажется, должно быть не кто, а что — независимая пресса, суды, выборы. В той же Америке к власти пришел слегка невменяемый Трамп, но ничего не случилось: Америка как была сильной державой с сильной экономикой, так и осталась, потому что там есть система сдержек и противовесов.

Почему, если мы такая великая страна, мы так плохо живем? Недавно увидел статистику — по числу самоубийств Россия на третьем месте, а среди мужчин — вообще на первом. Сегодня еще прочитал, что 59 % россиян не имеют никаких сбережений! Но сложить два плюс два у некоторых все равно не получается, все равно «Кто, если не Путин?».

Словом, ненависть к митингам появляется из-за невежества. Но мы не в Советском Союзе живем все-таки. Если у тебя есть желание получить информацию — ты ее найдешь. Просто читай и думай.

— Как родственники отреагировали на ваше обращение?

— Папа сказал, что я хороший человек, но меня обманули. С мамой политические темы мы не обсуждаем, но ей чуть ли не плохо стало, когда она узнала о видео. А жена меня поддерживает.

— Из-за вашей протестной активности вас стали реже звать сниматься?

— Не знаю. Снимаюсь я действительно мало, но не могу сказать, связано ли это с моей позицией. Я думаю, нет. Ну кто я такой? Что, кто-то сидит наверху и думает: «Так, вот этому актеру не давать, этому не давать. Разослать инструкции всем продюсерам и съемочным компаниям»? Думаю, не настолько у них все продумано.


Ты сейчас что-то ляпнешь — и сериал закроют. И 50 человек останутся без работы


Я себя не так уж и активно веду. Когда вижу несправедливость и чаша терпения переполняется, тогда высказываюсь, но я не хочу заниматься политикой. Кстати, вспомнил одну историю: когда было «болотное дело», я снимался в одном сериале, и продюсер, увидев мою страницу в соцсети, сказал: «Влад, я на твоей стороне, но имей в виду, ты сейчас что-то ляпнешь — и сериал закроют. И 50 человек останутся без работы».

Да и вообще, мои соцсети — это буря в стакане. По-настоящему у нас борется Навальный — вот смелый человек. Зеленский, кстати, недавно хорошо сказал: «Раньше я работал, чтобы украинцы смеялись. А сейчас постараюсь сделать так, чтобы они не плакали». Так вот, в нашей стране появился страх. Нас настолько запугали, что даже мои нелепые посты во «ВКонтакте» — это уже гражданская позиция. Напишите в шутку: если бы Владислав Котлярский баллотировался в президенты, он сделал бы так, чтобы россияне перестали бояться.

У меня есть показательная история: в детстве я лазил по иностранным помойкам, то есть помойкам около посольств. 1985 год — тогда даже иностранная шариковая ручка вызывала восторг. И вот я неожиданно нашел красивый британский флаг размером A4 и приклеил его у себя в Конькове под окном на девятом этаже. А мама работала в министерстве авиационной промышленности и умоляла меня снять его. Она плакала, боялась, что ее уволят с работы из-за этого. А я не понимал: это ведь просто маленькая бумажка, что такого? Это я рассказываю, чтобы было понятно, какой тогда страх был. И сейчас этот страх возвращается. Люди боятся говорить. Это отвратительно.


Даже полицейские, которые должны быть основой закона, боятся. Они в заложниках


— А у вас есть страх?

— Конечно. Я люблю свою работу, и, к сожалению, у нас в стране из-за политических взглядов тебя могут куда-то не взять. У меня семья, был бы я один, может, меньше бы боялся. Но не было такого, чтобы я что-то не написал. Я смелый человек, но у меня в подкорке где-то висит тот самый британский флаг.

— Вы его убрали в итоге?

— Я был упертый и флаг так и не снял. До сих пор, кажется, там висят какие-то ошметки. Маму не уволили. Она вообще раньше была демократка: Гайдар, перестройка. А сейчас поддерживает Путина: «Спасибо, что Господь послал нам такого президента, ни у кого нет такого, как у нас».

— Почему она так изменилась?

— Я думаю, пропаганда. Обмануло и запудрило мозги наше телевидение, которое регулярно вещает ложь. Ну и плюс человек старый. Еще в этом есть психологический момент. Мои родители в середине жизни застали перестройку и развал Союза, поэтому для них это большая психологическая травма. Была великая, мощная страна — и вдруг все развалилось. На этом же эффекте Гитлер появился в Германии. После Первой мировой войны Германия была унижена, и людям нужен был реванш. У нас тоже после разрухи, голода и унижения пришел сильный лидер и дал надежду. И конечно, это вдохновило людей.

— Насколько ваш герой Станислав Карпов отражает нынешнюю полицейскую систему?

— Он типичный ее представитель. Сергей Юрьевич Юрский мне как-то сказал, что Карпов — это великая роль, потому что он точно отражает срез и отпечаток человека из силовых структур того времени. Карпов все-таки из прошлого, он продукт, скорее, 90-х и 2000-х. Может, он поэтому и погиб, не выдержал всего этого. Притом что он был преступником и нарушил кучу законов, у него было чувство справедливости, которое сейчас отсутствует, из-за чего и протестуют люди. Что с выборами в Мосгордуму, что с «московским делом» — Карпов, думаю, сейчас был бы на стороне добра.

— То есть он бы не избивал митингующих и потом не жаловался, что ему больно от брошенной пластиковой бутылки?

— Ну, Карпов — это литература и сказка. Я пытался общаться с полицейскими на митингах, но они закрыты. Они тоже испуганы. Наверное, многие из них хотели защищать закон — и как они сейчас должны с этим жить, понимая, что происходит? Даже полицейские, которые должны быть основой закона, боятся, они в заложниках. На отвлеченные темы с удовольствием пообщаются, сфотографироваться — ради бога. А о деле — все, молчок.

— Цитаты и портреты Карпова вешают в кабинетах полиции?

— Конечно. Есть у них даже любимая цитата. В сериале представитель УСБ (Управление собственной безопасности, которое выявляет преступления полицейских. — Прим. ред.) говорит моему герою: «Да я сотрудник УСБ!» А Карпов в ответ: «И че? У тебя кровь не течет?» Фраза, по сути, о том, что менты тоже не хотят бояться.

— Чувствуете ли вы ответственность за то, что формировали и воспитывали наших полицейских?

— Нет, слухи о моей значимости сильно преувеличены. Это как обвинять Шекспира в формировании образов злодеев в истории. Думаю, я никого не воспитывал, Карпов — это отражение действительности. Но да, многие пошли в полицию, посмотрев Карпова. Им нравится мой персонаж своей смелостью, решительностью, бескомпромиссностью и надежностью.

От редакции: После интервью Владислав связался с корреспондентом The Village и сказал, что забыл выразить поддержку остальным фигурантам «московского дела», а именно: Даниле Беглецу, Кириллу Жукову, Евгению Коваленко, Ивану Подкопаеву, Константину Котову, Алексею Миняйло, Егору Жукову, Сергею Фомину, Никите Чирцову, Эдуарду Малышевскому и Владиславу Синице. Актер надеется, что их тоже освободят.


Обложка: НТВ