Часто стыдной незаслуженно называют абсолютно честную и законную работу — низкооплачиваемые должности, не требующие образования и квалификации. The Village поговорил с девушкой, которая работала в компании, занимавшейся сетевыми продажами посуды по многократно завышенным ценам. Она рассказала нам, почему из этой сферы так тяжело уйти, несмотря на стыд, общественное осуждение и жалость к обманутым пенсионерам.

Ксения

Продавала товары доверчивым пенсионерам

и обучала новых сотрудников прямым продажам


Трехкратная наценка

Когда-то давно я попала в одну достаточно известную компанию, занимавшуюся, как они сами объясняли, прямыми продажами. Работали мы так: тебе выдают набор — чайник, фильтр для воды, утюг и какие-нибудь симпатичные чашки — и вместе с другими такими же ребятами отвозят на машине на определенный адрес. Приезжали мы обычно вчетвером, все прилично одеты — в костюмах, рубашках. Старший показывал, в какой подъезд тебе нужно пойти работать.

На самом деле весь наш набор тогда легко можно было купить всего лишь за тысячу рублей, но бабушки об этом не знали.

Берешь один набор, звонишь в первую попавшуюся дверь и надеешься, что тебе попадется какая-нибудь незадачливая пенсионерка. Если она настроена доброжелательно, заводишь с ней разговор. Текст всегда стандартный: «Мы открываем новый магазин, и в честь этого у нас проходит рекламная акция. Все эти замечательные вещи вам сейчас достанутся абсолютно бесплатно! На самом-то деле они стоят бешеных денег — тысяч 15, не меньше! Еще и не в каждом магазине вы такое купите!»

На самом деле весь наш набор тогда легко можно было купить всего лишь за тысячу рублей, но бабушки об этом не знали. Ты все это красиво рассказываешь, даешь товары потрогать, подержать в руках. Это один из приемов манипулирования — установить с человеком тактильный контакт, передавая предмет из рук в руки. Когда бабушка уже не может расстаться с этими чайниками и чашками, выясняется, что ей нужно заплатить всего лишь 3 тысячи рублей за доставку — и этот прекрасный набор будет украшать ее кухню.

Примерно половина от той суммы, которую платил наш клиент, и был наш заработок. В успешный день продаж могло быть несколько. Когда мы приезжали к дому, в багажнике обычно лежало восемь таких наборов. Помимо водителя, нас как раз было четверо, так что на каждого приходилось по два набора, которые нужно было впарить. Если кто-то из четверки продал свои два и ему нечего делать, то он мог взять на себя еще и товары коллег. У нас были такие люди, которые делали просто сумасшедшие продажи. Одна девушка буквально за три часа могла раскидать все наборы. Тогда 3 тысячи рублей в день считались неплохими деньгами, особенно если учесть достаточно свободный график работы.

Но были некоторые правила: в восемь утра — сбор в офисе, нужно послушать тренеров, которые навешают тебе лапши на уши, а дальше отправляешься в поля. За несколько часов продал наборы — свободен, занимайся своими делами.

Коммивояжеры и мошенники

С законом у таких компаний обычно все очень сложно. Нельзя вести выездную торговлю без разрешения и кассовых аппаратов, и у нас их, естественно, не было. На всю продукцию нам выдавали только сертификаты соответствия, которые сами по себе ничего не значат. У нас был такой идеальный сценарий: мы пришли, поздоровались, попили с бабушкой чаю, она отдала нам 4 тысячи за «подарок» и тысячу накинула сверху нам на конфеты. Но, естественно, все проходило гладко далеко не всегда. Было такое, что коробки пытались отобрать. Иногда нас впускали в квартиру, мы сидели, разговаривали, пили чай, а потом внезапно приезжала полиция. Пенсионеры просто оказывались недоверчивыми и решали таким образом перестраховаться. С полицией решалось все тоже незаконно — деньгами. Один раз нам выписали административный штраф, но никто не испугался.

Если до нас приезжали продавцы медицинских приборов, то это была просто выжженная территория: никто с тобой даже разговаривать не хотел

Таких организаций у нас в городе, да и по всей России работало много, и у них было свое разделение сфер деятельности. Были книжники, которые приходили в офисы крупных организаций и продавали яркие красивые энциклопедии, естественно, тоже с наценкой. Были те, кто примерно так же продавал косметику. Были мы со своими чайниками. Пусть это и довольно агрессивно, но при этом вполне честно. По сути мы были обычными коммивояжерами.

Одновременно с нами работали и компании, которые продают медицинские приборы, и это уже совсем другой бизнес. Город-миллионник они прочесывали полностью за пару недель, потом начинали ездить в соседние маленькие города, деревни и села. И после них пытаться что-то продать там было бесполезно. Если до нас приезжали продавцы медицинских приборов, то это была просто выжженная территория: никто с тобой даже разговаривать не хотел, а могли даже грубо обозвать. Просто они умудрялись впарить какой-нибудь косметологический прибор «дарсонваль», которому красная цена 4 тысячи рублей, за 40 тысяч со словами, что он излечит от радикулита и поможет вырастить новые шелковистые волосы.

Продавали они и более серьезные приборы — какие-то электростимуляторы. И это иногда заканчивалось для покупателя очень плохо — попаданием в больницу и ухудшением самочувствия. Конечно, если больное место массировать по 30 раз в день, оно начнет болеть еще сильнее. Причем они даже работали не так, как мы. Если мы приезжали и тихо расползались по квартирам, как тараканы, то они выходили во двор многоквартирного дома, ставили свои приборы и начинали зазывать людей: «Выходите! У вас на детской площадке сбор от поликлиники!»

Никто не любит и продавцов пылесосов, у них плохая репутация. Они идут не только к пенсионерам, а вообще ко всем подряд. Но это все-таки продажи. А были и откровенные мошенники: они приходили специально к самым дряхлым старикам, которым по 90 лет, и говорили, что им выделена единовременная материальная помощь в размере 3,5 тысячи рублей. При этом у них с собой оказывалась только банкнота в 5 тысяч, так что пенсионер давал им сдачу полторы тысячи и оставался очень доволен. На деле же это оказывалась не настоящая пятитысячная купюра, подделка из банка приколов.

Секта сетевиков

Идет на такую работу в основном молодежь без опыта и критического мышления. Несмотря на то что в компании были штрафы и жесткий план, многих удерживал там именно заработок. Как правило, работали там студенты или недавние выпускники из деревень, которым нужно было во что бы то ни стало зацепиться в большом городе. Я помню только одну семейную пару старше 35 лет, а остальным было немногим больше 20. У молодых людей без какого-либо тыла была очень сильная мотивация. Если стоит выбор — обмануть другого человека и заработать или самому через два дня остаться на улице, потому что тебе нечем оплачивать жилье посуточно, — то не так уж жалко незнакомую пенсионерку, как себя.

Это было похоже на секту: очень много говорильни, попыток тебя замотивировать, но при этом много дезинформации.

Но были и люди, которые в это все реально верили. Они не могли сопоставить реальную цену наборов и деньги, за которые мы их продаем. К тому же, как и в любых продажах, у нас проходила отработка возражений. Пока ты в поле продаешь клиенту пакет всякой ерунды, руководство продает эту работу тебе точно так же. «Дорого?» — «Везде свои цены! Есть магазины, которые эту же продукцию продают еще дороже, чем у нас!» «У бабушек маленькая пенсия? — Ни один человек не отдаст последние деньги. Разве на последние три тысячи ты купишь какой-то чайник?» Ну и самое главное: «Мы вообще продаем не товары, а шоу!» Это было похоже на секту: очень много говорильни, попыток тебя замотивировать, но при этом много дезинформации.

Я с работой в полях очень быстро перестала справляться и перешла в офис, обучала других. Проработала я там около года еще и потому, что хороших сотрудников оттуда очень неохотно отпускают. Главная проблема с работниками в том, что они пьют. Ежедневные выплаты многих расслабляли настолько, что они каждый вечер заканчивали с алкоголем. С точки зрения руководителя, это просто беда: человек должен выходить на работу и приносить компании деньги, а он болеет с похмелья. Потому нужны были люди дисциплинированные, а я как раз хорошо работала, делала неплохие продажи и успешно учила остальных.

Уже когда я ушла, бывший начальник уговаривал меня с ним встретиться. Я подумала, что лично он ничего плохого мне не сделал и даже поддерживал, возил к врачу, когда мне было плохо. Но на встрече начались уговоры вернуться. Мне обещали карьерный рост, что я смогу в другом городе возглавить целое отделение. Говорил, что все коллеги меня ждут и постоянно спрашивают, как у меня дела. Но надо понимать, что все это делается только для того, чтобы тебя удержать на работе. Опять же, такие приемы работают на молодых людях, которые уехали из родной деревни, в новом городе друзей у них почти нет, а тут ощущение, что ты кому-то нужен, все вокруг твои друзья. Начальство много знает о своих подчиненных, например, один руководитель даже записал, как зовут домашних кроликов работавшей у него девушки. Естественно, ему это нужно было только для манипуляций.

«Отговори меня у них что-нибудь покупать, а то я же понимаю, что это развод, но так хочется!»

Я о работе в сетевых продажах часто рассказываю просто потому, что мне жалко людей, которые до сих пор на такое ведутся. Этому бизнесу в России точно больше 20 лет, и никто не собирается сворачиваться. Причем приемы манипуляций используются все те же. Как-то мне позвонила моя мама и сказала, что к ней пришли из такой же фирмы. Она просила: «Отговори меня у них что-нибудь покупать, а то я же понимаю, что это развод, но так хочется!»