Группа «Позоры» была создана для того, чтобы раздражать. Раздражающее название. Раздражающие тексты («Я буду **** только с сексистами, то есть буквально со всеми — набей мне ****»). Раздражающая музыка — словно пять разных групп одновременно играют разную музыку. Раздражающие концерты.

«Поначалу хейта не было — он появился недавно. Это нас очень удивляло, — рассказывает Лена Кузнецова, вокалистка и автор текстов «Позоров». — Серега (автор музыки и барабанщик «Позоров». — Прим. ред.) был очень недоволен. Говорил: «Когда нам напишут хоть что-нибудь? Хотя бы, что мы говно. Почему вы этого не пишите?»

Понятно, почему это могло удивлять и даже расстраивать: для 24-летней Кузнецовой, за последние пять лет переигравшей на басу во многих томских группах (самую известную — «Вхоре» — можно назвать пионерами новой русской волны), появившиеся в марте 2018 года «Позоры» стали первой группой, где она пела и сочиняла тексты.

«В жизни я всегда была уверена на 100 процентов в двух вещах. В том, что я не буду петь, потому что у меня нет слуха и у меня слабый голос. Второе — что я никогда не буду писать стихи, потому что у меня нет таланта. Но когда появились „Позоры“, в один момент все, в чем я была уверена в жизни, разрушилось. Это был самый главный вызов, самый главный удар себе по **** (лицу)».

Группа появилась в Томске весной 2018 года. Первую ЕР «Девичье горе» Кузнецова выложила на Bandcamp в конце августа. Четыре песни, отсылающие к индастриалу, нойз-року (на интервью Лена пришла в футболке группы Swans) и даже нью-металу («Мы очень хотим играть нью-метал, но у нас не получается»), очень точно попали в настроение прошлого года — это был год злой музыки, который до сих пор, впрочем, не закончился. Через пару месяцев про «Позоры» написали в Sadwave, на «Кольте», The Village и в «Медузе». Казалось, что прямее о сексизме и феминизме в нашей музыке еще не говорил никто.


В жизни я всегда была уверена на 100 процентов в двух вещах.

В том, что я не буду петь, потому что у меня слабый голос и нет слуха. И что я никогда не буду писать стихи, потому что у меня нет таланта


«Последние несколько лет я отрицала все это, говорила, что феминистки ****, меня никто не харассит, у меня все ОК, — говорит Кузнецова. — После „Позоров“ я втянулась, хотя и открещивалась поначалу».

Переломным моментом стала акция «Не виновата» в поддержку женщин, переживших домашнее насилие, которую Кузнецова и другие музыканты организовали на 8 Марта, когда в 16 городах России и Беларуси прошли 16 концертов-фестивалей с хедлайнерами в диапазоне от Sonic Death и «ГШ» до Овсянкина и Павла Додонова. Помимо основной цели — собрать денег для центра помощи женщинам, пострадавшим от семейного насилия, — у команды организаторов стояла задача проверить наш андерграунд на соответствие собственным ценностям, а это противостояние не только против государства и расизма, но и всех остальных «-измов», в том числе и сексизма. А его в панк-роке хватает.

«Сексизм на сцене есть, он неизбежен. Какие-то люди реально не понимают, какое отношение феминистки имеют к панк-року. Фемки прячутся сбоку, а мы, панки, в мачистской **** будем вариться».

Одно из частных проявлений сексизма, объясняет Лена, — это стремление разделить феминисток на «адекватных» и «неадекватных». И нет вещи, которая раздражала бы Кузнецову сильнее: «Когда меня начинают называть адекватной феминисткой, я стараюсь стать неадекватной».

«Если в антифа-движении появляется **** (долбанутый) чувак, то все говорят, что это он один **** (долбанутый), а с движением все нормально. Так как он пацан, у него есть право быть **** (долбанутым). Если девка [ведет себя так], то говорят наоборот: это не она, это все фемки **** (долбанутые). Это самая главная системная проблема. В том, что у женщин отбирают право на то, чтобы быть **** (долбанутыми). Ты не можешь это конкретно экстраполировать на все движение. Нет деления на адекватных людей и неадекватных. Есть фанатики, есть разные течения. Это абсолютно органично».

Отсюда из желания вернуть хотя бы себе право быть ***** (долбанутой) и вырастает агрессия «Позоров». «Лет с 12 меня жестко отвращал женский вокал. Если в группе есть девчонка, то ты знаешь, что ты услышишь: тексты про „мальчик меня бросил“, спетые супермелодичным голосом, — такая лесная нимфа к вам вышла. Но девчонки в этом не виноваты, они просто делали то, что от них ожидают».

Как это изменить? «Нужно делать то, что никто не делает. Ты обычно выходишь на сцену, чтобы на тебя смотрели, что ты красиво выглядишь, красиво танцуешь, все такое. А я хочу, чтобы были девчонки, которые выходят на сцену и начинают всех ****, чтобы глаза вылезали, люди волосы на себе рвали. Чтобы на меня смотрели и думали: „Что это за мразь“. Чтобы ко мне подходили и говорили: „Это **** (капец)“. Не хватает этого. Чья это забота? Это моя забота. Мне нужно выйти на сцену и показать, как это делается. И тогда все остальные начнут выходить на сцену. Цели сделать группу злобной не было. Но у меня и выбора не было».

«Я не так много общаюсь с девчонками, хотя очень хочу. Потому что сцена у нас очень пацанская, и они подвержены мизогинии. Я пишу в инстаграме: „Девки, давайте играть панк-рок“. Но даже если девчонка в Томске или в Москве, и у нее есть я, к которой можно подойти и сказать: „Лена, что делать?“ — она не станет этого делать, потому что боится. Когда ты девочка, хочется от этого образа дистанцироваться, хочется быть „своим пацаном“. У компании есть образ, которому ты можешь противопоставить. Чаще всего это образ девочки, которая не может выпить три рюмки водки подряд. И ты начинаешь с пацанами соревноваться на равных, доказывая, что ты тоже пацан. Но меня это **** (достало). Мне до сих пор приходится доказывать пацанам, что я больший пацан, чем они. Просто для того, чтобы они начали меня слушать».

Для этого по большому счету и нужны «Позоры» — «создать в России женскую сцену». «Чтобы была девчачья тусовка реально. Я вижу, что мы оказываем влияние, это помогает воплотиться моей мечте о такой сцене». И действительно, такого большого количества женских имен в российском андерграунде, пожалуй, не было никогда. «Мусор», «Кис-кис», все проекты Варвары Краминовой («Хадн-дадн», «Созвездие отрезок»), локальный триумф IC3PEAK, международный — Кати Шилоносовой — и это только те, о ком писал The Village. Дело за малым — чтобы появилось больше женского панк-рока. И этим как раз и занимается Кузнецова, переехавшая недавно из Томска в Москву.

«Когда ты это начинаешь транслировать в панк-сообществе, то сталкиваешься с тем же самым, что и на работе, в модном сообществе. Эту ситуацию важно менять, и мы это делаем с „Позорами“: феминистический хардкор, плевок в **** (лицо) — это мощно сработало. Чтобы сообщить, что, да, вы живете в хорошем мире, **** (ругаете) феминисток, но есть не только это. Девчонки существуют».


Фотографии: «Позоры»