В рубрике «Личный счет» The Village продолжает разбираться, как представители разных профессий планируют свой бюджет. В новом выпуске — бездомный Виталик, который уже десять лет просит милостыню возле Храма-на-Крови. Виталик — старожил площадки возле храма, в праздники и теплые дни он зарабатывает до пяти тысяч рублей в день. Мы узнали историю Виталика и спросили его о том, где он ночует, чем питается и на что тратит деньги.

Текст: Саша Новикова

Профессия

Попрошайка

Доход

500-5 000 рублей в день


Траты

4 000 рублей

еда

7 000 рублей

алкоголь и сигареты

2 000 рублей

чай и кофе

2 000 рублей

одежда

1 500 рублей

баня

О прошлом

На улицах Екатеринбурга я оказался десять лет назад. Жил в Артемовском и рос в детдоме, после него шесть раз сидел в тюрьме — в основном за кражи. Последний срок — три года — отсидел за организацию нелегального бизнеса. Сначала мне дали условное, нужно было только ходить на отметку в УФСИН. Я появлялся там редко, но приносил инспектору шампанское, кофе и конфеты. Меня сгубила тупость: когда опера узнали о моей работе строителем и попросили сделать у них в квартирах ремонт, я решил, что не собираюсь работать на ментов — сел в тачку, послал их и уехал. Позже их начальник вызвал меня на разговор, после которого я оказался в камере.

Лиля — женщина, с которой я тогда жил, прибежала и давай реветь. Я тогда был одет как фраерок из Рио-де-Жанейро, в белых штанах. Попросил ее вещей грязных привезти, а то совсем не поняли бы в тюрьме. Меня поперли по этапу. Когда я откинулся, дверь мне открыла какая-то овца — новый мужик Лили. После разборок на кухне я пришел к нотариусу и обнаружил, что документы на квартиру они без моей подписи переоформили на Лилю. Судиться пытался, но денег на адвоката не было. Стал болтаться по блатхатам (притон в квартире, преимущественно обеспеченного хозяина с криминальными связями, — прим. ред.), снова пожульничал — и все по новой с тюрьмой. А когда откинулся, поехал Екатеринбург покорять. Что в этих районных центрах делать? Только бычишь, бычишь и бычишь.

О бродяжничестве

Возле Храма-на-Крови я стою уже десять лет. Я здесь один из старейших, есть еще Хоттабыч — ему 67, он на пенсии. Дележка территории есть везде, поэтому отдельные участки города неформально закреплены за отдельными бездомными. На Вознесенке одни стоят, на Куйбышева другие. Если сюда приходит кто-то «левый», приходится давать ему понять, что тот заблудился. Бывает, молодые просят пособирать на дорогу, почему-то обычно до Тюмени. А потом смотришь: сутки стоит, вторые стоит, а на третьи бухой приходит. Приходится спрашивать: «Ты уже уехал или уже приехал?» Сразу же все понимают. Иногда подходят идиоты и спрашивают: «На кого ты работаешь, кому платишь?» Мафии никакой нет, это уже не 90-е, когда с бомжей ходили налоги собирали. Я сам на себя бычу. Попробуй сам в сорок градусов постоять в кроссовках — я посмотрю, кому ты потом будешь за свое здоровье платить.

В холодное время спать приходится в люках или в подъездах, летом и на лавочках хорошо. Из подъездов выгоняют — жильцы следят и даже не дают погреться. Открытый люк раньше был в Литературном квартале, но «Водоканал» его заварил и штырями закрепил. Сейчас у меня остался открытый люк возле храма, но к Чемпионату мира по футболу его заварят. Моя бесплатная гостиница, где я часто ночевал — районное отделение полиции. Меня задерживали за попрошайничество и за пьянство, пытались выписать штрафы по двести или по семьсот рублей. Я всегда поражался и задавал вопрос: «Вы что, слабоумные? Если у меня прописки нет, вы штрафы на деревню бабушке будете отправлять?» Я настолько запарил их начальство постоянными визитами, что им запретили меня задерживать — вот уже больше года никто не трогает.

О доходах

Считается, что посетители храма должны давать милостыню. Если идешь к Богу о чем-то просить, почему просящему не дашь? Я крещеный и в Бога верю. Могу «Отче наш» рассказать — потому что я должен это знать, как и любой русский человек, считающий себя христианином. Место у Храма-на-Крови неплохое для работы, но с доходами раз на раз не приходится. Иногда кидают мелочь, но монеты 10 и 50 копеек сейчас уже мало где берут. Бывает, можно за день пять тысяч поднять — летом, в хорошую погоду, или в религиозные праздники. Куличами и яйцами угощают, берем все — бедолаг-то много. Есть поговорка такая: «Дают — бери, бьют — беги». Много денег дают туристы, но раньше было лучше — делились марками, евро, долларами, а сейчас в город приезжают одни узкоглазые.

Существуют различные реабилитационные центры, которые помогают устроиться на работу. Но какой из меня работник, если после того, как однажды меня избили, один глаз у меня совсем не видит, а у другого — минус 4? Раньше я был сварщиком, а по вечерам подрабатывал и делал в квартирах евроремонт. Клянусь: если бы видел и сейчас и не спотыкался бы с палочкой, я бы на стройке шлакоблоки таскал, штукатурил и малярничал.

О расходах

Деньги уходят в первую очередь на то, чтобы выпить и покурить — трезвым стоять западло. Питаюсь в основном «Дошираком» — завариваю в киосках, где кипяток наливают бесплатно. Раньше рядом была дешевая «Новая столовая», где на пятьдесят рублей можно было взять и первое, и второе, и хлеб с компотом. Сейчас ее закрыли. Вы меня в «Космосе» хотели накормить — знаете, какие там цены бешеные? Какая-то котлетка сто с лишним стоит, суп — потыкать ложкой, да водичку похлебать — около семидесяти. Есть бесплатная столовая для бичей на Пехоте, но мне туда далеко — один раз в жизни всего был. Кормят там, вроде, нормально: столы накрывают, рассаживают, первое-второе. Есть благотворительный автобус, который три раза в неделю по вечерам приезжает кормить бездомных на вокзал, но туда я тоже не хожу.

Трусы, носки тоже сам покупаю. Есть магазины «Все по 39», есть «Fix Price» — пару можно купить за 39 или за 55 рублей. Со шмотками сейчас напряг — раньше люди приносили лишнюю одежду в храм, нам всегда выдавали футболки, куртки и самое необходимое. В куртке с храма всю зиму проходил, правда, под ней два свитера, трико непродуваемое, лосины. В этом году мне подогнали прорезиненные сапоги из оленьей шкуры из Якутии. Вещи хранить негде — оставляю где придется, но крыс хватает, воруют везде.

На Куйбышева есть бесплатная социальная баня для бомжей, но талончики туда выдают только раз в месяц. Но это что — раз в месяц мыться? Нафиг мне тогда эти талоны нужны? Чтобы не разило, несколько раз в неделю я хожу в обычную баню за наличку, за раз отдаю 182 рубля. А грязный я такой, потому что сплю на улице — упаду где-нибудь под елочкой, и нормально.